WordPress

Возмещение компенсации морального вреда причиненного смертью несчастный случай на производстве

Возмещение компенсации морального вреда причиненного смертью несчастный случай на производстве - картинка 1

Порядок компенсации морального вреда при несчастном случае на производстве

В обязанность работодателя, предоставившего рабочее место, входит его оборудование и создание безопасных условий труда. Невыполнение таких требований может стать причиной несчастного случая на производстве. В Конституции РФ определено, что жизнь и здоровье человека являются нематериальными и неотчуждаемыми благами, принадлежащими каждому гражданину от рождения. Нанесенные человеку телесные повреждения причиняют ему не только физические, но и моральные страдания. На законодательном уровне определена взаимосвязь между физической болью, являющейся следствием вреда здоровью, в том числе и увечий, с нравственными переживаниями. По этой причине пострадавший вправе требовать от виновника происшествия компенсацию морального ущерба.

Право пострадавшего на возмещение морального ущерба

Законом определено обязательство работодателя перед наймом работников обеспечить на производстве соответствующие правовым актам в сфере охраны труда условия труда. Все процессы трудовой деятельности, обусловленные эксплуатацией оборудования, выполнения операций технологического процесса и перемещения по территории предприятия должны быть реализованы при соблюдении требований безопасности. Для выполнения должностных обязанностей руководитель компании должен предоставить работникам сырье и материалы, а также соответствующие нормам безопасного использования инструменты, приспособления, оборудование и транспорт.

Большинство происшествий на предприятии связано с недостаточным контролем выполнения производственных задач работниками, а также с обеспечением их оборудованием, не соответствующего нормам правовых актов. Немаловажную роль в поведении сотрудников оказывает их информирование представителем службы охраны труда и непосредственным начальством о правилах безопасной работы. Ее реализация возможна только на рабочем месте, оборудованном всеми необходимыми элементами безопасности.

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Возмещение компенсации морального вреда причиненного смертью несчастный случай на производстве - картинка 2

Факт несчастного случая на производстве свидетельствует о нанесении ущерба здоровью человека и о возможной потери его работоспособности. Если в ходе расследования комиссией по предприятию было выяснено, что работник получил травму по одной из причин, вина по которой возлагается на работодателя, на непосредственного начальника или на представителя службы охраны труда, то пострадавший может заявить о нанесении ему морального ущерба. Его сущность заключается в том, что работника заставляли выполнять должностные обязанности в несоответствующих условиях на оборудовании и приспособлениях, на которых невозможно безопасно работать. К тому же его не проинформировали о последствиях деятельности и не проконтролировали состояние его здоровья. Для того, чтобы претендовать на компенсацию морального вреда, достаточно признания вины администрации в происшествии, зафиксированной в акте расследования.

Порядок и правила возмещения

Моральный вред может быть компенсирован по соглашению сторон или через суд. При определении размера компенсации учитывается характер причиненных физических и нравственных страданий, а также степень вины лица, определенного комиссией виновным в происшествии. При принятии решения о величине выплаты, учитываются индивидуальные особенности пострадавшего, его социальное положение, а также принципы справедливости.

Требование работника о возмещении морального ущерба, причиненного в результате несчастного случая, не подлежит ограничению сроками исковой давности. Имея на руках акт расследования, человек вправе обратиться к работодателю с целью компенсации вреда спустя несколько лет даже в случае, если на момент требования он уже не является штатным сотрудником предприятия.

На практике сумму понесенного нравственного ущерба работник определяет самостоятельно. В праве работодателя согласиться с предложенной денежной величиной, попытаться договориться об ее корректировке или инициировать судебное делопроизводство, возложив ответственность за принятие справедливого решения на суд. Компенсация может быть произведена только в денежной форме. Она не подлежит изменению ни соглашением сторон, ни судом.

Досудебное урегулирование

Процедура получения компенсации морального ущерба может быть реализована в досудебном порядке через претензию. Она оформляется на имя руководителя компании, в которой произошло происшествие. В документе отображается информация о событии, резюмируется заключение комиссии, отображенное в акте, и выдвигается требование. Если сумма компенсации предусмотрена внутренней документацией по предприятию, то в претензионном заявлении необходимо сделать соответствующую ссылку.

Претензия должна быть зарегистрирована входящим документом. На нее руководитель накладывает рецензию о добровольной выплате или о необходимости пересмотра заявленной к оплате сумме. В его праве также отобразить отказ в компенсации. Передача денег должна быть документально зафиксирована актом, в котором следует отразить назначение платежа и основание для его проведения.

Судебное разбирательство

Инициация судебного делопроизводства по выплате морального ущерба возможна только после попыток заинтересованного лица решить вопрос в претензионном порядке. При обращении в судебные инстанции необходимо собрать документальный пакет, сформированный из бумаг, подтверждающих личность заявителя, факт происшествия на предприятии и претензионное заявление. Все эти документы следует оформить приложением к исковому заявлению. В ходе делопроизводства судом выясняются факты, оказывающие непосредственное влияние на принятие им решение о величине выплаты:

  • Степень вины пострадавшего работника и работодателя;
  • Отсутствие умысла потерпевшего в случившемся;
  • Положение в обществе лица, признанного виновным в событии с точки зрения его материального и социального статуса;
  • Вид и степень причиненного физического и нравственного вреда;
  • Принцип разумности.

Моральные страдания компенсируются в денежной форме возмещения. Его размер может быть отражен в трудовом или коллективном договоре. Моральный ущерб подлежит возмещению только в случае, если производственное происшествие, в результате которого человек потерял трудоспособность, произошло по причине неправомерных действий работодателя. Его бездействие также является поводом для признания происшествия производственным несчастным случаем. При этом суд дает правовую оценку происшествию и соответствию указанной суммы возмещения морального вреда с произошедшим случаем.

Пример судебного разбирательства

Истец обратился в судебную инстанцию с исковым заявлением, в котором отразил требование компенсации морального ущерба от руководителя ООО, на предприятии которого с ним произошел несчастный случай. Последствиями события стало сотрясение головного мозга. В ходе расследования комиссией было определено отсутствие инструктажа по технике безопасности у потерпевшего, медицинского заключения о профессиональной пригодности и необеспечение его средствами индивидуальной защиты, что стало причиной происшествия. Истец требовал компенсацию в 100 000 рублей, мотивируя нравственный ущерб многими факторами. В результате травмы он вынужден был прекратить занятия спортом и потерял возможность участвовать в соревнованиях, что ранее было для него смыслом жизни. Частичная потеря трудоспособности негативно сказалась на его возможности содержать семью, а постоянные головные боли стали затруднять участие истца в воспитание детей.

Заявителем были предоставлены все документы, подтверждающие факт происшествия, а также его состояние здоровья. Им также были предъявлены свидетельства о рождении детей, дипломы об участии в соревнованиях и награды за победу в них. Суд рассмотрел исковое заявление, сопоставил уровень и качество жизни до и после производственного происшествия и принял решение удовлетворить требование истца.

По результатам судебного заседания выносится решение о выплате ущерба или об отказе в компенсации по причине отсутствия вины работодателя. Оно является обязательным к выполнению. Если работодатель добровольно не выполнит регламентированные решением обязательства, то документ передается в исполнительную службу для применения мер принудительного взыскания средств.

Заключение

Пострадавший в результате несчастного производственного случая, виновником которого комиссией признан работодатель или его представители в виде руководителей структурных подразделений, вправе требовать компенсации морального ущерба. Он может быть выражен страданиями человека, переживаниями им физической боли и необходимости длительного утомительного лечения. Рассчитывать на увеличенные размеры компенсации могут работники, получившие тяжелые травмы, восстановление здоровья после которых требует долговременной реабилитации. Особенное внимание судами уделяется лицам, полностью или частично утратившим трудоспособность, а также в случае потери ими возможности самостоятельно себя обслуживать.

http://insur-portal.ru/social/kompensaciya-moralnogo-vreda-pri-ns

Анализ судебной практики по возмещению морального вреда, возникающего при несчастном случае на производстве (Савельева А.)

Дата размещения статьи: 25.08.2012

Не вызывает сомнений тот факт, что любая, даже самая незначительная, травма причиняет ее получателю как физические, так и нравственные страдания. Данное понятие подпадает под определение морального вреда, которое, в свою очередь, в соответствии с законом подлежит возмещению его причинителем.

Несмотря на ясность и четкость, установленную законодателем относительно порядка возмещения морального вреда, нередко возникают моменты, требующие судебного вмешательства.

Судебная практика. Кассационным определением Санкт-Петербургского городского суда от 23 ноября 2011 г. N 33-17384/2011 установлено следующее.
А.А.А. обратился в суд с иском к ОАО , уточнив исковые требования, просил. взыскать с ОАО , а также денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.
В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях, при производстве работ наступил несчастный случай. В связи с плохим самочувствием истец обратился за медицинской помощью, врач диагностировал сотрясение мозга. Истцу был выдан листок нетрудоспособности с указанием причины нетрудоспособности — производственная травма. Однако расследование по факту несчастного случая ответчик своевременно не провел, а проведя его, в акте по форме Н-1 указал на то, что А.А.А. сам виноват в произошедшем несчастном случае, с чем истец не согласен.
Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга исковые требования А.А.А. удовлетворены частично. Суд признал А.А.А. невиновным в произошедшем несчастном случае на производстве, взыскал в его пользу. а также денежную компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб. В остальной части в удовлетворении заявленных требований А.А.А. отказано.

Судебная практика. Президиум Санкт-Петербургского городского суда вынес следующее Определение от 14 января 2004 г. N 44г-29/04.
Истцы обратились в суд с иском к ОАО о взыскании компенсации морального вреда в связи с потерей кормильца.
Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга производство по делу прекращено в связи с неподведомственностью спора суду. Определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда Определение оставлено без изменения. В надзорной жалобе заявители просят судебные постановления, состоявшиеся по делу, отменить и направить дело на новое рассмотрение.
Президиум считает, что состоявшиеся судебные постановления подлежат отмене, а дело — направлению в суд для рассмотрения по следующим основаниям.
Из материалов дела следует, что на теплоходе при исполнении трудовых обязанностей погиб А.К., в связи с чем ОАО производило ежемесячные выплаты вследствие смерти кормильца.

Судебная практика. В Определении от 17 мая 2012 г. по делу N 33-5820/2012 Свердловский областной суд установил следующее.
С. обратился в суд с иском к ОАО о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил производственную травму. О несчастном случае был оформлен акт формы Н-1. Длительный срок истец находился на лечении. Ему был причинен моральный вред в связи с производственной травмой, размер которого составляет руб., в его же пользу просил взыскать руб., поскольку ранее ему уже было выплачено руб. Решением суда в удовлетворении исковых требований С. отказано в полном объеме. Судом установлен факт надлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по возмещению С. морального вреда в соответствии с заключенным между сторонами досудебным соглашением.
С таким решением суда не согласился истец, подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять новое решение. Действительно, он получил от ответчика в счет компенсации морального вреда руб., однако это лишь задаток, то есть частичная компенсация.

Изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.
На основании соглашения о компенсации морального вреда в связи с трудовым увечьем С. выплачено в счет компенсации морального вреда 90 000 руб. В соответствии со ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Соглашением между работодателем и работником был определен размер компенсации морального вреда в сумме руб. Само по себе подписание данного соглашения не препятствует обращению в суд за судебной защитой, вместе с тем с учетом обстоятельств причинения вреда здоровью, характера травмы данная сумма является справедливой компенсацией морального вреда в денежной форме. Данный размер компенсации морального вреда не может рассматриваться как заниженный. Поскольку указанную сумму ответчик перечислил С., соответственно, отсутствуют основания для ее взыскания.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:

Возмещение компенсации морального вреда причиненного смертью несчастный случай на производстве - картинка 3Вернуться на предыдущую страницу

http://lexandbusiness.ru/view-article.php?id=882

ВС: Взыскание одинаковой компенсации морального вреда за смерть мужа и отца должно быть обоснованно

Возмещение компенсации морального вреда причиненного смертью несчастный случай на производстве - картинка 4

Верховный Суд вынес Определение № 83-КГ19-12, в котором разъяснил нижестоящим инстанциям, что им следует принимать во внимание при определении размера компенсации морального вреда в связи с гибелью от несчастного случая на производстве.

Обстоятельства дела

Владимир Носов работал в ООО «Творец» сторожем. 31 января 2015 г., находясь на рабочем месте – строительной площадке при исполнении своих должностных обязанностей, он получил тяжкие телесные повреждения от Игоря Сивухина, который пытался совершить хищение имущества общества. От полученных телесных повреждений пострадавший скончался на месте.

По приговору Брянского областного суда Игорь Сивухин был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 (разбой, совершенный с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего), п. «з» ч. 2 ст. 105 (убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом) УК РФ, и ему назначено наказание в виде 20 лет лишения свободы. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда приговор был оставлен без изменения и вступил в законную силу.

В ходе расследования уголовного дела было установлено, что обстоятельством, способствовавшим убийству, явилось отсутствие на стройке дополнительных мер безопасности, поскольку вход на территорию строительной площадки осуществлялся через проем, расположенный в сплошном заборе, при этом проход ничем не был закрыт, что позволило беспрепятственно проникнуть на объект.

Смерть Владимира Носова была признана несчастным случаем на производстве утвержденным директором актом. Указывалось, что были нарушены требования безопасности труда в строительстве, кроме того, отмечалось, что работодатель нарушил нормы ТК РФ в связи с непроведением специальной оценки условий труда, а также требования охраны труда.

Супруга и дети Носова обратились в Брянский районный суд Брянской области с иском к обществу о компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека вследствие несчастного случая на производстве. Истцы сослались на положения ст. 212, 237 ТК РФ и указали на причинение им нравственных и физических страданий, которые они рассматривают как моральный вред. Родственники погибшего попросили взыскать компенсацию в размере 1 млн руб. в пользу каждого.

Суд снизил размер компенсации в четыре раза

30 мая 2017 г. суд первой инстанции отказал в иске, апелляция оставила решение без изменения. 6 августа 2018 г., рассмотрев кассационную жалобу, Верховный Суд направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, и уже 2 ноября 2018 г. Брянский районный суд частично удовлетворил иск, взыскав с общества 750 тыс. руб. на всех истцов.

Суд установил, что приказом Брянского регионального отделения Фонда социального страхования супруге была назначена единовременная страховая выплата в размере 1 млн руб.

Разрешая спор, первая инстанция с учетом норм ГК о компенсации морального вреда и положений Трудового кодекса об охране труда отметила, что бездействие работодателя, выразившееся в неисполнении обязанности по созданию надлежащих условий труда и непринятии мер для недопущения беспрепятственного доступа на производственную территорию организации посторонних лиц, способствовало причинению смерти Владимиру Носову, в связи с чем пришла к выводу об обоснованности исковых требований.

При определении размера подлежащей взысканию с ООО «Творец» в пользу каждого из истцов компенсации морального вреда суд учел характер причиненных им нравственных страданий, обстоятельства дела, степень вины работодателя и отсутствие его умысла, требования разумности и справедливости, посчитав достаточной сумму в размере 250 тыс. руб. в пользу каждого из истцов. Апелляция оставила решение без изменения, после чего родственники погибшего вновь обратились в Верховный Суд.

ВС счел снижение размера компенсации необоснованным

Изучив материалы дела, высшая инстанция отметила, что в п. 32 и Пленума ВС от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

ВС отметил, что в Постановлении Европейского Суда по правам человека по делу «Максимов против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Верховный Суд указал, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации.

«Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, т.е. морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда», – указано в определении.

Суд отметил: поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Однако, как указал ВС, в данном случае этого сделано не было. Первая инстанция сослалась лишь на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в положениях ст. 151, 1101 ГК, однако не применила их к спорным отношениям. Кроме того, суд не учел индивидуальные особенности личности каждого из истцов и не дал оценки их доводам о том, что утрата близкого человека привела в том числе к разрыву их семейных связей.

Взыскивая в пользу каждого из истцов равную сумму компенсации морального вреда, суд первой инстанции не привел мотивы и не обосновал, почему он пришел к выводу о том, что степень и характер нравственных страданий у них одинаковы и что сумма в 250 тыс. руб. является достаточной. Также суд не указал, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для уменьшения суммы компенсации морального вреда, заявленной истцами.

В решении суда, отметил ВС, также не приведены мотивы относительно степени вины работодателя, которая указана в числе обстоятельств, учитывавшихся при определении размера компенсации морального вреда. При этом не дана оценка доводам о том, что одной из причин смерти Владимира Носова на производстве явилось бездействие работодателя, выразившееся в необеспечении охраны труда и безопасных условий труда, что способствовало совершению преступления.

Кроме того, Суд указал, что в нарушение ст. 329 ГПК в апелляционном определении не приведены мотивы, по которым судом не приняты во внимание доводы жалобы истцов о требованиях разумности, справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения, об обстоятельствах и причинах гибели Владимира Носова, находившегося в момент смерти при исполнении трудовых обязанностей, о степени вины работодателя.

Таким образом, Верховный Суд определил решения нижестоящих инстанций отменить и направить дело на новое рассмотрение.

Эксперты оценили значимость позиции ВС

В комментарии «АГ» главный научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Александр Эрделевский посчитал правовую позицию ВС правильной и обоснованной. «Действительно, суд первой инстанции не обосновал присужденный размер компенсации, не пояснил, почему он не согласен с тем размером, который был заявлен истцами, хотя, с учетом практики ЕСПЧ, он был вполне разумным и умеренным для данного случая», – указал он.

Александр Эрделевский отметил, что суммы присужденных компенсаций никак не дифференцированы в отношении каждого из истцов. Не учтено, в частности, что они имели разный характер семейных связей с погибшим: у вдовы утрачена супружеская связь, а у детей – родственная. Он также усомнился в том, что были установлены и приняты во внимание такие обстоятельства, как возраст каждого из истцов, характер его отношений с погибшим. В итоге присужденные суммы компенсации оказались ничем не обоснованными и явно заниженными.

«Такая практика сложилась за более чем 20-летний период, поскольку у судов не было хотя бы приблизительных ориентиров для определения размера компенсации. Кроме того, суды, вероятно, обычно считают доводы истцов о страданиях, перенесенных ими в связи со смертью близкого человека, несколько преувеличенными. Наконец, как это имело место и в данном деле, суды не учитывают практику ЕСПЧ по аналогичным делам, хотя об этом имеется прямое указание в п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 г. № 21», – отметил эксперт.

Адвокат АК № 22 «Гражданские компенсации» Нижегородской областной коллегии адвокатов Александр Немов положительно отнесся к определению ВС РФ. По его мнению, подобную позицию Суд мог бы применять к огромной массе решений по данной категории дел, так как существующая ситуация с определением судами размера компенсации морального вреда «не поддается никакой логике».

Александр Немов указал, что суды подходят крайне формально к определению размеров компенсации морального вреда даже за вред здоровью. «В настоящее время в СМИ много говорится о необходимости регулирования определения размера компенсации морального вреда, в Ассоциации юристов России создана комиссия по разработке изменений в законодательство, председателем которой является адвокат. Думаю, что данное определение ВС РФ – реакция на существующий информационный фон по этой теме. Так как подобная позиция Верховного Суда – большая редкость», – предположил адвокат.

Он посчитал, что столь низкие суммы компенсации морального вреда за потерю близкого родственника – следствие отсутствия критериев в законодательстве по определению размера. «Все зависит от субъективного отношения конкретного судьи к рассматриваемому спору. Объективные данные зачастую не воспринимаются судьями», – заключил Александр Немов.

http://www.advgazeta.ru/novosti/vs-vzyskanie-odinakovoy-kompensatsii-moralnogo-vreda-za-smert-muzha-i-ottsa-dolzhno-byt-obosnovanno/

Несчастный случай на объекте оператора связи

Автор: Демидов Г. И., эксперт информационно-справочной системы «Аюдар Инфо»

Должен ли оператор связи – владелец сооружения выплатить компенсацию родителям подростка, погибшего в результате несчастного случая (падение с вышки сотовой связи)? Нужно ли производить работнику выплаты в связи с несчастным случаем на производстве, если он сам виноват в происшествии? Может ли быть наложено дисциплинарное взыскание на пострадавшего сотрудника за несоблюдение им техники безопасности? Вправе ли он требовать возмещения морального вреда, если травма получена из-за его халатности?

Несчастный случай на вышке сотовой связи

Верховный суд в Определении от 20.05.2019 № 31-КГ19-1 рассмотрел следующую ситуацию. Несовершеннолетний через проем под забором, образовавшийся из-за усадки грунта, проник на территорию вышки сотовой связи. Забравшись на высоту 65 м, он сорвался и погиб. Родители погибшего обратились в суд с иском к оператору связи (владельцу сооружения) с требованием выплатить компенсацию морального вреда и компенсацию сверх возмещения вреда, предусмотренную ГрК РФ.

ВС РФ отметил, что владелец сооружения обязан соблюдать нормативные требования по защите объекта от доступа третьих лиц. Если вследствие невыполнения этого требования на объект проникло постороннее лицо и пострадало в результате несчастного случая, то владельцу придется возместить вред и уплатить компенсацию сверх возмещения вреда.

К сведению: подпунктом 1 п. 1 ст. 60 ГрК РФ в случае причинения вреда личности предусмотрена выплата собственником сооружения компенсации в сумме 3 млн руб. сверх возмещения вреда родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего.

Суд первой инстанции заявленные требования не поддержал и привел ряд доводов в пользу того, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда:

наличие ограждения и запертой калитки явно свидетельствовало о том, что проход на территорию был запрещен;

наличие под ограждением проема, образовавшегося в результате оседания грунта, не свидетельствовало о свободном доступе к данному объекту. Проем образовался не по воле ответчика и лишь облегчил несанкционированный доступ, а его отсутствие в любом случае не являлось гарантией того, что на территорию вышки никто не мог бы проникнуть;

подросток попал на объект без разрешения. То, что он пролез под забором, не является установленным и обычным способом прохода на территорию объекта;

жизнь несовершеннолетнего зависела исключительно от его правопослушного поведения.

Однако Верховный суд с аргументами нижестоящих судов не согласился. Он обратил внимание на положения ст. 11 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент безо­пасности зданий и сооружений», согласно которой территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе их эксплуатации не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям – пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

К сведению: Федеральный закон № 384-ФЗ принят в том числе в целях защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества.

Оператором связи в силу п. 12 ст. 12 Федерального закона № 126-ФЗ признается юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, оказывающие услуги связи на основании соответствующей лицензии. Операторы связи и застройщики при строительстве и реконструкции зданий, строений, сооружений (в том числе сооружений связи), а также при построении и эксплуатации сетей связи должны учитывать необходимость защиты таких объектов от несанкционированного доступа к ним (ч. 2, 3 ст. 7 Федерального закона № 126-ФЗ).

К сведению: сооружения связи – это объекты инженерной инфраструктуры (в том числе линейно-кабельные сооружения связи), созданные или приспособленные для размещения средств связи, кабелей связи (п. 27 Федерального закона № 126-ФЗ). Требования по защите сетей связи от несанкционированного доступа к ним и передаваемой посредством их информации утверждены Приказом Мин­информсвязи РФ от 09.01.2008 № 1 (далее – Требования).

Для защиты от несанкционированного доступа к сетям связи и передаваемой посредством их информации операторы связи должны предпринимать организационные и технические меры, направленные на предотвращение доступа к линиям связи, сооружениям связи, средствам связи, находящимся как внутри, так и вне сооружений связи, и передаваемой по сетям связи информации, осуществляемого с нарушением установленного этими операторами порядка доступа (п. 2 разд. I Требований).

К сведению: требования к обеспечению защиты сетей связи от несанкционированного доступа к ним и передаваемой посредством их информации различаются в зависимости от категории того или иного средства, сооружения либо линии связи сетей связи.

Так, для защиты от несанкционированного доступа к средствам связи, не входящим в состав узлов связи сетей фиксированной телефонной связи, сетей подвижной радиосвязи, сетей подвижной радио­телефонной связи, сетей подвижной спутниковой радиосвязи, сетей передачи данных, сетей телеграфной связи, операторы обязаны (п. 8 разд. II Требований):

оснастить контейнеры, в которых размещены средства связи, находящиеся вне сооружений связи, запирающими устройствами, тревожной и охранной сигнализацией;

установить распределительные устройства в местах, исключающих или существенно затрудняющих несанкционированный доступ к ним;

оборудовать распределительные кабельные шкафы запирающими устройствами и датчиками охранной сигнализации о несанкционированном доступе;

осматривать антенно-мачтовые и линейно-кабельные сооружения, в том числе колодцы кабельной канализации, оконечные кабельные устройства, размещенные в распределительных шкафах и коробках, в соответствии с порядком, установленным оператором связи, и вести журнал осмотра.

Таким образом, обеспечение защиты средств и сооружений связи от несанкционированного доступа к ним является обязанностью оператора связи как при возведении этих объектов, так и в процессе их эксплуатации.

К сведению: обеспечение защиты средств и сооружений связи от несанкционированного доступа к ним является мерой, защищающей сами средства связи как от действий третьих лиц с целью обеспечения бесперебойной работы связи, так и от возможного причинения вреда третьим лицам, в том числе вследствие проникновения их на такие сооружения.

Принимая решение о направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ВС РФ указал, что суды неверно распределили бремя доказывания, обязав родственников потерпевшего обосновать, какие нарушения допустил оператор связи. Наоборот, именно оператор обязан был доказать, что выполнил все требования регламентирующих документов и обеспечил надлежащую защиту сооружения связи. Из обстоятельств дела, по мнению суда, следовало, что территория вышки не была надлежащим образом изолирована.

Относительно компенсации сверх возмещения вреда Верховный суд обратил внимание на положения ч. 1 ст. 60 ГрК РФ: компенсация выплачивается в том числе в случае, если вред был причинен в результате нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации сооружений.

Если несчастный случай произошел по вине работника…

У работодателя могут возникнуть вопросы в ситуации, когда производственная травма была получена работником по неосторожности. Может ли на него быть наложено дисциплинарное взыскание за несоблюдение работником техники безопасности? Нужно ли производить выплаты в связи с несчастным случаем на производстве и вправе ли работник требовать возмещения морального вреда, если травма была получена из-за его халатности?

К сведению: за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к нему следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (ст. 192 ТК РФ).

Минтруд в Письме от 17.06.2019 № 14-2/ООГ-4235 обратил внимание на следующие положения ТК РФ:


дисциплина труда представляет собой обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с этим кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 189 ТК РФ);

работник должен добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (ч. 2 ст. 21 ТК РФ).

Из приведенных норм следует, что работодатель может применить дисциплинарное взыскание к работнику, получившему травму по неосторожности.

При наложении на работника дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарного взыскания определен ст. 193 ТК РФ. До этого работодатель должен потребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней такое объяснение работник не представит, составляется соответствующий акт.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под подпись в течение трех рабочих дней со дня издания, не считая времени отсутствия сотрудника на работе. Если тот отказывается ознакомиться с приказом (распоряжением) под подпись, составляется соответствующий акт.

К сведению: дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Нужно ли осуществлять работнику выплаты, если он сам виноват в несчастном случае на производстве?

Физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (п. 1 ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ).

Если работник получил травму по неосторожности и был при этом привлечен к дисциплинарной ответственности, это не освобождает работодателя от обязанности произвести ему выплаты при несчастном случае.

Права работников, пострадавших в результате несчастного случая на производстве (пп. 1 – 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ)

Получение пособия по временной нетрудоспособности, которое назначается и выплачивается работодателем (п. 1, абз. 1 п. 7 ст. 15 Федерального закона № 125-ФЗ, ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ). Сумму таких выплат орган ФСС засчитывает в счет уплаты страховых взносов (абз. 1 п. 7 ст. 15 Федерального закона № 125-ФЗ)

Получение страховых выплат:

Оплата дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией пострадавшего

Перечисленные выплаты, кроме пособия по временной нетрудоспособности и оплаты отпуска (сверх ежегодного оплачиваемого отпуска) на весь период санаторно-курортного лечения и проезда к месту санаторно-курортного лечения и обратно, производит ФСС (п. 7 ст. 15 Федерального закона № 125-ФЗ).

К сведению: пособия и выплаты не назначаются, если правоохранительные органы установили, что несчастный случай на производстве произошел вследствие умысла пострадавшего работника (п. 2 ст. 14 Федерального закона № 125-ФЗ).

Работники, временная нетрудоспособность которых наступила в результате несчастного случая, не связанного с производством, имеют право на получение пособия по временной нетрудоспособности на общих основаниях в соответствии с Федеральным законом № 255-ФЗ.

Вправе ли работник требовать возмещения морального вреда, если травма получена из-за его халатности?

Из сложившейся судебной практики следует, что компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве присуждается работнику практически всегда.

Дело в том, что наличие вины работника автоматически не освобождает работодателя от обязанности выплаты такой компенсации. Однако установление вины потерпевшего работника в произошедшем несчастном случае зачастую является причиной снижения размера компенсации.

Так, в Апелляционном определении от 06.02.2018 по делу № 33-1214/2018 Нижегородский областной суд вынес решение в пользу пострадавшего от несчастного случая работника, применив при этом положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ: грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, поэтому в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

http://www.audit-it.ru/articles/personnel/a114/995418.html

Литература

  1. Краткий юридический справочник для профактива. — М.: Профиздат, 2012. — 432 c.
  2. Авакьян, С.А. Конституционное право России: Методическое руководство к семинарам; М.: Российский Юридический Издательский Дом, 2013. — 370 c.
  3. Акционерные общества в России. Словарь-справочник от А до Я. — М.: Дело и сервис, 2008. — 400 c.
  4. Кони, А. Ф. Обвинительные и судебные речи / А.Ф. Кони. — М.: Студия АРДИС, 2016. — 707 c.
  5. Общая теория государства и права. Академический курс в 3 томах. Том 3. — М.: Зерцало-М, 2001. — 528 c.

Добавить комментарий

Мы в соцсетях

Подписывайтесь на наши группы в социальных сетях